"А если она далеко от дома?"

"Ну и не помрет!.."

Но тут вернулось последнее, с чем не поспоришь: "А если бы такое со Степкой?"

Чертыхнувшись, он развернул "Росинанта". Тот сразу отяжелел, заупрямился – на подъеме-то! Привставая от натуги на педалях, Федя поехал назад, потом соскочил, повел велосипед за руль. Девочка по-прежнему стояла у забора. Смотрела на подходившего мальчишку без удивления. Будто знала, что он вернется. И сказала, когда подошел:

– У тебя на спине майка порвана. На лопатке…

Федя закинул руку, нащупал вырванный клок и дыру.

– Фиг с ней. А с локтем у тебя что?

– Где?

Подавив стеснительность, Федя взял ее руку, повернул (черный аппарат опять закачался на ремешке). С локтя сорвалась красная капля.

– Ох, я и не заметила с перепугу… Тут гвоздь в заборе.

– Гвоздь, он ржавый. Вот протянешь ноги от заражения…

На "Росинанте" было две сумки-аптечки: одна под рамой – для велосипеда, другая под седлом – для всадника.

Федя разорвал хрустящий пакет с бинтом, скрутил тампон.

Ранка на локте была небольшой, но глубокой. Федя промокнул ее марлей, отбросил в подорожники покрасневший комок. Скрутил из бинта другой. Зубами вынул пробку из коричневого пузырька. У девочки жалобно округлился рот.

– Можешь визжать, только не дергайся, пожалуйста…

Морщась, как от собственной боли, он прижал к ранке пропитанную йодом марлю. Степка при таких случаях таращил глаза и мужественно сопел. Девочка страдающе сказала:

– Не буду я визжать… Ой… А ты что, всегда с собой медикаменты возишь?

– Ага… Говорят, что я перестраховщик…